Что такое ниббана (нирвана)? Это ничто, пустота или что-то ещё?

Ниббана (nibbāna, на санскрите nirvāṇa) - это полное угасание и оставление жажды, а вместе с ней страдания (дуккхи) и нового становления. Не небытие и не транс. С пустотой её тоже путать не стоит: пустотность (suññatā) в ранних текстах означает пустоту явлений от “я” и “моего” (SN 35.85, MN 121), а сфера ничто (ākiñcaññāyatana) - это отдельное медитативное достижение, само по себе обусловленное (MN 140).

Ниббана - это третья из четырёх благородных истин (MN 141) и конечная цель Благородного восьмеричного пути - окончательное освобождение от неведения и той самой жажды (чувственной, жажды становления и жажды не-становления), выход за пределы сансарического существования и обусловленности.

Само слово означает “угасание и остывание” - так гаснет огонь, когда у него кончилось топливо. SN 43.12 определяет необусловленное (asaṅkhata) как то состояние, в котором полностью уничтожены страсть (rāga), неприязнь (dosa) и заблуждение (moha). Это не временное спокойствие, при котором эти состояния просто не проявляются, а окончательное их искоренение.

Эпитетов у ниббаны в суттах много, и отрицательных, и положительных: нерождённое, неставшее, несделанное, необусловленное (Ud 8.3), бессмертное (amata), высшее счастье, покой, остров (dīpa), укрытие (leṇa), прибежище (saraṇa) - длинный ряд собран в SN 43.14-43. Это эпитеты, а не точное определение. По-настоящему сравнить её с чем-то, известным нам, невозможно, потому что обычные переживания возникают благодаря условиям и затем исчезают. Даже глубокая медитативная сосредоточенность обусловлена и непостоянна, в отличие от “необусловленной” ниббаны. Именно поэтому её невозможно точно описать словами, и Будда предпочитал говорить о Пути, а не о самом Пробуждении.

Канон различает два элемента ниббаны (Iti 44). “С остатком” (saupādisesa) - это освобождение архата при жизни: жажда исчерпана, но пять способностей чувств целы, и он по-прежнему переживает приятное и болезненное. “Без остатка” (anupādisesa) - окончательное угасание при смерти архата: нового рождения нет, и обусловленный процесс переживания больше ничем не питается и не возобновляется. Слово париниббана (parinibbāna) чаще указывает на второй случай, как в рассказе об уходе Будды (DN 16), хотя в ранних текстах оно не всегда строго отделено от просто “ниббана”.

Отсюда типичное опасение: не значит ли всё это уничтожение. Ваччхаготте, спрашивавшему, существует ли Татхагата после смерти, Будда ответил, что ни один из четырёх вариантов не подходит (ни существует, ни не существует, ни оба варианта вместе, ни отрицание обоих), и сравнил с огнём: когда огонь погас за отсутствием топлива, спрашивать, в какую сторону он ушёл, бессмысленно (MN 72). Будда не утверждает при этом, что Татхагата просто исчез, - он снимает неверно поставленный вопрос.

Ниббана - не объект, который можно добыть, и не место, в которое можно прийти, и не аналог рая, не уничтожение личности, но прекращение отождествления с иллюзией неизменного “я” и выход за пределы концептуальных структур, необусловленное состояние ума, достигаемое при искоренении всех загрязнений.

Разбираться с ниббаной умозрительно канон не предлагает. Будда сравнивал угасание с лампой, которая горит, пока есть масло и фитиль, и гаснет, когда их не стало (MN 140), а знание освобождённого описывал сухой формулой, повторяющейся по всему канону: рождение исчерпано, святая жизнь прожита, сделано то, что надлежало сделать, нового становления больше не будет.

Где почитать: MN 140, MN 141, MN 72; о двух элементах ниббаны - Iti 44.